The L Word

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The L Word » ✗ истории » Пять минут до завтра


Пять минут до завтра

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://cs633924.vk.me/v633924423/2257d/mZbt0vAbGCU.jpg

Участники: Ирен Фолл, Савазаки Рен, Кейт Сондер aka Дженни, Алекс Кокс aka Террористы, Адам Дейсс, Дин Кэмпбел (список будет пополняться в процессе)
Время и место действия: Май 2016 года. Одна из старших школ ЛА
Краткое описание/суть отыгрыша: Терроризм. Статья такая-то уголовного кодекса соединенных штатов. "Терроризм, то есть совершение взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, если эти действия совершены в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения либо оказания воздействия на принятие решений органами власти, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях" (с). Терроризм - лишь слова на бумаге. На самом деле это кровь, насилие, ужас, полное отчаяние и возносимые молитвы высшим силам - прожить хотя бы еще несколько часов. Терроризм - ожидание vs реальность. Пи***ц, конечно, но погнали.

Отредактировано Adam Deiss (2016-09-09 00:53:46)

+1

2

офф: Warning! Пост содержит ненормативную лексику

"Убью суку", - думала Рена, честно сжимая руки в кулаки и чуть ли не скрежеща зубами... Она все еще кипятилась по мотивам недавних событий. Особенно теперь, когда увидела перед собой школу. "Я тебе покажу лекцию на тему "проипать непроебанное" и "впихнуть невпихуемое" в основы, блядь, жизни. Я тебе такой "воспитательный эффект" устрою... Замучаешься объяснительные заполнять!"
Ее жизнь - бесценный опыт, ее жизнь - бесценный опыт... Что же это за опыт такой, если при каждом удобном случае - ПРИ КАЖДОМ! - Адам поминал свою гребанную лодку без весел и делал акцент на "проебанности" и "затраханности" ее жизни? В кои-то веки оступилась раз. Что, нельзя было сразу биографию переделать? Куда легче устраиваться на работу было бы, между прочим. А не ощущать себя штатной домработницей, готовя на него, моя полы, драя кафель ванной, чистя сральник, и забирая "неразумное дитя" со школы и вечерами делать с ней уроки. Не каждый вечер, разумеется, но сам факт!
"Нашел себе рабыню на плантации", - продолжала материться мысленно на чем свет стоит, но грубой реальности это не меняло. А реальность состояла в том, что ей - вместо некоего полицейского и в качестве некоего обмена "неким" опытом - пришлось топать в старшую школу для какого-то глупого урока и не менее глупой, на взгляд Рены, лекции. Памятуя себя в 17 лет... как будто она слушала, что ей говорили. Щаз. Нет, найти приключения на задницу было первейшим делом. Да собственно и сейчас еще это умение никуда не делось. Единственное, чем Рена отличалась от большинства своих сверстников - это наличием увлечения в жизни и "правильных", детским домом привитых "понятий", в число которых входило: "не баловаться наркотой". Однако этот же принцип совершенно не работал в отношении алкоголя, секса и девиза "бери от жизни всё, иначе кто-нибудь сделает это за тебя и раньше".
Правда, "возвращаться" в школу после всего случившегося было отчего-то неловко. Словно она могла "запачкать" этим тех подростков, из вполне благополучных семей, что здесь учились, своим "неблагополучием" и клеймом убийцы, осознаваемом чем дальше - тем больнее. Помнится, она только в начале этой дороги, но желание делать наперекор по принципу: "Считаете преступником - будет вам преступник", - набирало силу. Дух неприятия и вечного противоборства никуда не выветрился из крови, и наверное, поэтому ей было так тяжело. И с ней - тоже. Нет, если вдуматься, конечно, никто из старшеклассников, на урок к которым она шла, не виноват. Только бунтарства в ее глазах от этого меньше не становилось, и желание убить кого-нибудь тут же, на месте, набирало силу. Жаль, повода не было... Так, может, создать?
Резко выдохнув, чтобы не попасть на крючок этой крамольной мысли, Рена поднялась по ступенькам, взялась за ручку двери и таки-толкнула ее, так сказать, "навстречу новой жизни". "Херня какая..." - думала про себя. И не имела ни малейшего представления, о чем говорить будет. Вообще. И где кабинет находится, кстати, тоже. Выцепив в рекреации какого-то парня, едва не влетевшего в нее по доброте душевной, Рена коротко подобралась и резковато поинтересовалась:
- Дороти где? - уловив непонимание в глазах, даже пояснила. - Грейс Дороти? Мисс. - Хотя шут ее знает, мисс она или уже давно нет. - Или миссис. Педагог, короче.
Как только ей указали верное направление, Рена разумно выпустила паренька из крепкой хватки и благоразумно направилась в заданную точку. Ага. Почти на автомате слыша, что творится позади.
- Эй, ты чего? Новая чикса какая? - парень аж языком прицокнул. Хорошо. Значит, "формы" еще не растеряла.
- Подрастешь - узнаешь, - бросила, обернувшись через плечо, и подмигнула, на ходу одергивая любимую темно-синюю майку на бретелях. Сверху болталась свободно накинутая на плечи и незастегнутая легкая рубашка. Короткие, на две трети, джинсики выглядели поновее и поприличнее. Этот поход в магазин Рена Адаму тоже припомнит. При случае. Потом. Память у нее на такие вещи такая же безотказная, как исправный движок в автомобиле.
Дверь в учительскую исправно захлопнулась за ее спиной, оставляя подростку всю прелесть фантазий и измышлизмов. А разбивать их Рене некогда... Она и так впритык почти по времени пришла. Еще пять-десять минут потребовалось, чтобы объяснить, кто она, от кого и по какому поводу вообще приперлась в школу, фыркнуть про себя на опасливый взгляд кого-то из коллег, дождаться звонка, выплюнуть жвачку и, приклеив ее по дороге к ручке двери, застыть перед классом, куда ей вот-вот сейчас предстояло войти. Желательно стерев кислую мину со своего лица, если получится. Ибо ничего, кроме скепсиса, речь препода в Рене не пробудила.
- Внимание, класс! - с порога начала эта женщина, специально попросив Рену дождаться нужного момента в коридоре. - Сегодня вы собрались здесь не просто так! Расселись по своим местам! Все расселись?
Стоя за дверью, Рена отчетливо представила, как эта женщина средним пальцем поправляет очки.
- Сегодня у вас очень интересное занятие, на тему вашего будущего и выбора вами соответствующего пути. Изначально планировалось, что его проведет представитель полиции Лос-Анджелеса. Однако сегодня нам с вами прислали замечательного человека, успешно окончившего прохождение новой полицейской программы исправления и воспитания. Она почти одного возраста с вами. Мисс Ирэн Фолл, прошу вас.
При таком представлении Рене пришлось молча проглотить свой фейспалм и, натянув на морду лица более-менее причитающееся случаю выражение, перешагнуть наконец порог, ощутив себя ну крайне неуютно... Главным образом потому, что глаза всех, абсолютно всех присутствующих обратились именно к ней. Поежившись внутреннее, походкой спящего дракона подошла к учителю, и перекинула через плечо свой длинный хвост. (Всегда так делала, когда переживала.)
- Они полностью ваши, - закончив свою... не так, чтобы слишком пафосную, речь, учительница вышла, оставляя Рену с классом наедине, отчего вдоль позвоночника отчетливо пробежал старый друг - нервозный адреналиновый холодок. "Блядь! Только паники сейчас мне не хватало!" Однако повестка дня, где черным по белому жирными буквами значился один большой вопрос: "Что мне с ними делать?" - оставалась открытой.
- Она всегда такая? - Рена коротко усмехнулась вслед этому явлению. - Как-то меня коробит от "мисс Фолл", и думаю, вас тоже. Давайте - Рена. Просто Рена, идет? - Не найдя в этом ничего предосудительного, девушка просто уселась на учительский стол, положив рядом мобильный вместе с ключами (в ключнице, чтоб не звенели). - И, к слову, я не особенно готовилась, так, может, с вопросов сразу и начнем?

Отредактировано Irene Fall (2016-04-07 21:41:56)

+1

3

Дополнительный классный час, который обещали в конце уроков, встал поперек горла. Рен все еще никак не мог привыкнуть к тому, что после школы ему не надо лететь к сестре в больницу. Или к доктору Кэмпбелу, который уже успел стать другом, на очередной прием. А по сути – уже дружескую беседу. Поэтому просьба задержаться после уроков поначалу была воспринято негативно. В голове тут же проскользнули мысли «но я же не успею к…». А дальше – ступор. Не к кому было больше успевать. Не к кому бежать, едва заканчивались уроки. Даже домой – и туда не хотелось. После всех недавних событий отношения с отцом стали еще напряженнее. При чем поначалу казалось – куда уж сильнее. Но, как выяснилось – есть куда. Теперь общения друг с другом избегали оба. Так что с одной стороны «просьба» задержаться в школе не пришлась Рену по душе. А с другой… Куда ему было торопиться? Потому - почему бы не послушать очередную лекцию на тему «что такое хорошо, а что такое плохо». Единственное, чего Рен совершенно не ожидал, что лекцию будет читать девчонка почти их возраста. А ведь он видел ее, когда, занятый отчасти своими мыслями, отчасти разговором с одноклассником, едва не сшиб в школьном коридоре. Отступил назад с коротким «извините», и едва не вздрогнул, когда незнакомая девчонка тут же взяла его в «оборот». Слишком резко и слишком напористо. И только друг… Хотя больше просто приятель тихо хихикал где-то над ухом.
- Миссис Грейс. - поправил на автомате, чуть подняв голову, чтобы посмотреть девушке в глаза. Непривычно. Да и разница в росте едва ли была пару сантиметров. Да и вообще едва ли была. Но та слишком высоко держала голову в отличие от привыкшего в последнее время горбиться Рена. – Она должна быть в учительской сейчас. – кинул короткий взгляд на большие школьные часы, вновь переводя его на шатенку. – Прямо по коридору и вторая дверь направо. Не ошибетесь.
Улыбнулся приветливо. Не то, чтобы горел желанием это делать, но отдавал дань вежливости. Шикнув и ткнув приятеля локтем под ребра, когда комментарий в удаляющуюся спину с его стороны не заставил себя ждать.
- Тебе не светит, Дэн… - фыркнул тихонько, в ответ на то, как девчонка отбрила его одноклассника, и мотнул головой в сторону лестницы – до классного часа оставалось не так уж много времени.
И вот сейчас та самая «новенькая чикса» стоит перед ними, а все та же миссис Грейс разводит приличествующие случаю «китайские церемонии». Скучно, одним словом. Поджав губы, Рен отвернулся к окну, подперев подбородок рукой, но сказанное их классным руководителем почти в самом конце, заставило прищуриться, заинтересованно посмотрев на девчонку. Мисс Фолл. Рену, как она сама представилась.
- Вы манкируете своими обязанностями мисс… - остановился вовремя, улыбнувшись от уха до уха. - …Рена.
Сказал это не для того, чтобы пристыдить или наехать, или еще что-то. Просто констатировал факт. Впрочем, широкая улыбка компенсировала не особенно вежливую фразу. Ну а вопросов, как и ожидалось, не последовало. Ни одного. ПО крайней мере, в первые несколько минут. То ли весь класс в гробу видел этот «классный час», то ли просто не могли сообразить – что же можно такое спросить.
А вот у самого Рена, когда он услышал про успешно прошедшую программу исправления, не только тут же в голове сложился определенный этот образ и самой программы и пришедшей к ним девушки, но и появился миллион вопросов. И хрен бы он их озвучил, предпочитая… нет, не остаться на одной волне с классом. И даже не потому, что не хотел делиться собственными проблемами… Хотя, скорее – да, не хотел. Не хотел озвучивать, не хотел загружать, не хотел рушить образ вечно позитивного парня, который вообще не понимает, что такое проблемы. Но события последних нескольких месяцев слишком сильно давили. Он запутался. А из-за недавнего суда не с кем было поговорить, чтобы разложить все мысли по полочкам. Не с кем посоветоваться. Да и даже просто не с кем поговорить. Возможно, именно это все в сочетании и привело к тому, что Рен поднялся с места, продолжая улыбаться.
- Думаю, никто не будет против, если я начну… - ухмыльнувшись одобрительно заулюлюкавшему классу, облизнул губы и посмотрел на девушку. – Мисс… - нет, не смотря на то, что прожил в Америке довольное длительное время, не привык к подобной фамильярности. С другой стороны, если ей не нравилось такое обращение… - Рена-сан… - нашел выход. Глупый, с точки зрения американца. Едва ли Рена поймет. Но лично ему так было проще. – Миссис Грейс вас так нам… разрекламировала. Ошиблись, осознали, исправились… Это так похвально. - все это – продолжая улыбаться. И не поймешь, то ли серьезно, то ли глумится. Особенно учитывая продолжающий забавляться класс. – А! Я же не представился. Савазаки Рен. Мы с вами почти тезки. – подмигнул и улыбнулся шире. – Отбываю наказание в виде общественных работ за лжесвидетельствование. – ухмыльнулся, когда одноклассники заулюлюкали еще громче, и улыбнулся еще шире. – О да я очень плохой мальчик.
Даже позволил себе короткий смешок. Привык играть голливудскую улыбку на публику. Так было проще. О нашумевшем в свое время в прессе деле не знал только ленивый. Еще бы – психолог соблазняет своего пациента! Ужас! Кошмар! Куда катиться мир?! А когда потом выяснилось, что все было наоборот, и пациент просто отомстил психологу за отсутствие интереса с его стороны, ложным обвинением… Тут и грянул апокалипсис. Поэтому улыбаться, насмехаться и подтверждать, что – да, вот такое он говно, было куда как проще. По крайней мере этим поведением у Рена получалось не только погасить волну сплетен, но и относительного негатива  свой адрес. Сложно осуждать человека, который не только сам рад себя осудить, но и посмеяться над этим.
- Но это так – маленькое лирическое отступление. – растянул губы в новой улыбке, но практически сразу стал серьезным. Получилось как-то само собой. Плевать вдруг стало на одноклассников. Увидел вдруг в лице Рены человека, который, возможно, сможет его понять. – Как вы поняли, что ваши действия были… не правильными? И… где нашли силы и возможность все это исправить? А если вдруг… Ну, вряд ли, конечно, но вдруг… Эти неправильные действия разрушили не только вашу жизнь, но и жизни еще трех небезразличных вам людей. Не совсем разрушили, конечно, но… Внесли в них изрядное изменение. Как исправить это?
Перестал улыбаться. И не слушал больше реакцию класса. Смотрел сейчас только на Рену. Не думал, конечно, что она даст ответы на все вопросы. Но надеялся, что на ее примере сможет разобраться и с собственной проблемы. За его плечами – три… Да нет, конечно, разумеется не разрушенные, но давшие трещину… жизни? отношения? доверие? веры? Рен и сам не знал – что именно из всего перечисленного. Зато отлично понимал, что теми своими действиями утопил не только себя самого, но почти утащил на то же дно еще троих человек. В пору гордиться, если бы все не было настолько печально.

+1

4

"А если их не последует? Если вопросов сейчас не последует, что делать будешь, гребаная лекторша?" - задавалась риторическими вопросами Рена в те долгие несколько минут, на протяжении которых класс молчал. И вот... пожалуйста. Первый "полезный" комментарий. Со стороны парня, с которым не далее четверти часа назад едва не столкнулись в коридоре. Рена чуть усмехнулась, прищуриваясь и приглядываясь к подростку более пристально... Азиат. Вообще, она никогда не жаловала азиатов, научившись относиться к ним нейтрально-неизбежно, как... тоже к людям, живущим и пытающимся устроиться в Соединенных Штатах. Всё вроде честно. Они не трогали её, она не приближалась к ним, презирая наркотики и недолюбливая выходцев из далекой Азиатской части соседнего материка именно поэтому... Абсолютное их большинство, по ее суть небольшому жизненному опыту, контролировали наркотрафик и преимущественно занимались сбытом и распространением наркотических веществ. Правда, все это было ДО той поры, пока она не ворвалась в жизнь Адама... Хотя... Еще кто в чью жизнь ворвался, на самом деле, если разобраться. И вот Мэл... Эта мелкая то ли сестра, а то ли дочка, Рена до сих пор не слишком охотно влезала в их отношения, за каких-то пару месяцев с лишним успела перевернуть всё с ног на голову и показать себя "исключением из правил". Перед ее детскостью и обаянием оказалось трудно устоять, даже такому скептику и цинику, как Рене. И хотелось ей того или нет, девочка тоже вносила свою "воспитательную лепту" и изменения в уже сформированные стереотипы и черты ее характера.
К слову, в числе последних, в том числе, в силу возраста, неизменно присутствовала порывистость и импульсивность. Особенно, когда эта... мммм... "зараза" (именно это слово выглядело наиболее цензурно в ее голове) завела речь о разрекламированных педобразом педагогом качествах. Разумеется, похвальных. Как же без них. "Вот и мистер заводила", - хмыкнула про себя, насмотревшись внутри "группировок" по детскому дому на таких вот "неформальных лидеров классов". Нужного слова не знала, но суть обычно схватывала быстро и легко.
Она не читала газет, тем более, разделы сплетен и "светских хроник", скандалов, детективов или "расследований". Ее вообще перестало волновать написанное там... Гораздо большее значение и вес имел пока свой, личный, опыт общения, ошибок и поступков. Рена все ещё слыла достаточной бунтаркой, чтобы не признавать над собой называемое "мнение общества" - в большинстве своем лживого и непостоянного... ну это так, на ее непросвещенный взгляд. И с этой точки зрения до сих пор не могла уразуметь, как Адам мог даже просто захотеть стать полицейским. Не иначе, как чтобы наизнанку вывернуть такими вот "поручениями" и "работой", за которую так же периодически хотелось дать в морду. Только не могла.
- Ну, обязанности-то, положим, не совсем мои, тезка, - усмехнулась, волей-неволей обращая внимание на чистую одежду и какую-то... нарочитую небрежность позы в сочетании с вызывающей улыбкой и смыслом слов, которых, надо сказать, Рена не прервала. Не прервала ни разу, пока он говорил, предпочитая дать высказаться до конца. А там... А там посмотрят. Правда, после отчетливо озвученного желания "быть плохим мальчиком" дело это явно перестало быть простым... Все потому, что в нем Рена увидела следы своих недавних слов. Своей "истерики" и обвинений, буквально брошенных Адаму в лицо: "Проблема не со мной. Она, блядь, с миром! И если все заведомо клеймят меня преступницей, с чего мне их разочаровывать, скажи? Пошли бы эти свиньи нахер! Нахер!!! Заебало всё!.." Слишком свежо. Слишком открыто. Слишком неудобно. Чтобы не обратить внимания на браваду, не почуять за ней такого глубоко знакомого: "Не успев узнать, блядь, судят обо мне".
Именно это необыкновенно живо и болезненно волновало саму Рену в последние пару недель. Что ей тогда ответил Адам? Не помнила. Ничего не помнила сейчас, однако это и к лучшему. Значит, будет говорить своими словами. Только своими... а не его.
- И знай "миссис Грейс" все подробности... она бы вряд ли стала делать мне рекламу, - короткий смешок и жест, лучше слов говорящий: "Садись и расслабься, чего встал?" Она не учитель, она такой же подросток, как он. Ну, может быть, немного постарше и чуть более потрепанная, чем он сам. Повидала тюрьму. - Если хочешь, так я расскажу, - найдя "своего слушателя", благодушно усмехнулась Рена. - С одним условием. Всё, что скажу, остается здесь, в классе.
Взгляд прошелся по всем и, вроде бы, не найдя возражений, а, наоборот, угадывая в лицах искру интереса (пусть не во всех, все ей как-то без надобности), Рена развернула мобильник, взглянула на время, и, резко вдохнув, начала... пока не передумала.
- Плохой-хороший меряется не законом и даже не общественной моралью, мистер лирическое отступление, -  фыркнула, что коняга... дикая и все еще необъезженно-неприрученная, даром, что мундштук между челюстями все пытаются вставить, да уздечку порезче и потуже натянуть... Ей надо было родиться в век ковбоев и индейцев, и отправляться навстречу солнцу вместе с волной покорителей Запада. Вот, где было бы ее место в легендах и истории США, а не в этом жалком двадцать первом веке, в аудитории таких же покусанных жизнью подростков, как она сама. - На свете есть только два типа вещей: те, которые зависят от тебя самого, и те, которые от тебя не зависят. Но ни те, ни другие не делают тебя ни хорошим, ни плохим. Они лепят из тебя того, кто ты есть, но важно лишь то, как ты сам себя поведешь и каким сам себя ощущаешь. Сядь. Подумай. Ответь на вопрос... Для кого эти действия неправильны? Кто считает их таковыми? Ты сам?
Чего-то... слишком абстрактным получилось её вступление, несмотря на то, что каждое Ренино слово имело под собой вполне определенный опыт и события.
- Взять, к примеру, меня, - без ненужного пафоса, переключилась на вполне конкретный пример Рена... на тот самый, которому больше всего верилось, потому что она лучше всех его знала. - Мои действия в корне неправильны с точки зрения закона, - Рена деланно-безразлично пожала плечами. - Убийство человека вряд ли может быть правильным, верно? Даже если "без умысла". И тем не менее, я не чувствую себя неправой. И доведись мне попасть в точно такую же ситуацию, я снова поступила бы точно так же. Потому что мне было, кого защищать. Потому что благодаря этому один отличный парнишка отделался переломом руки, а не лежит где-нибудь с проломленной башкой только из-за того, что в нужный момент никого не оказалось рядом. И тем не менее... Это событие принесло в мою жизнь изрядные изменения, да, - усмехнулась, на сей раз острее и жестче. - И не только в мою.
Коротко вдохнула, переводя дух.
- Я не могу "исправить" самого факта убийства, - "да". Утвердительно качнув головой, облокотилась ладонью о столешницу и заговорила свободнее. Снова. Отыскав взглядом этого Савазаки Рена. Врезать ему уже не хотелось. Попробовать поддержать... пожалуй, да. Потому что должен быть кто-то рядом, когда хреново. Когда все хорошо - такие вопросы, как он, никто не задает. - Не могу сделать вид, что не совершала его, что это неважно или что всего этого не было. Не могу заниматься любимой работой и видеться с самым... дорогим для меня человеком и другом, потому что иначе подставлю его под внимание полиции, и он не сможет больше разбирать на запчасти угнанные тачки, помогая втайне детскому дому, в котором я выросла. Делает ли это меня плохим человеком? - задалась вслух вопросом и как-то задумалась. - Не думаю. Хотя... - Пауза. Пауза означала, что Рена споткнулась... и не давая себе времени на раздумье, снова "рванула вперед". Откровенничать так откровенничать... Собственно, ничего не случится. Они с этими ребятами встретятся и разойдутся, а им, может, будет полезен... этот ее странный опыт. - Я ненавижу своего опекуна, но, знаешь... у него есть девчонка. Мелкая. Лет десяти. И за нее сейчас я горло-то перегрызу, если кто пальцем тронет и обидит.
В последнее верилось... тем более, что Рена говорила абсолютно и совершенно серьезно.
- В общем, - если подводить своеобразные итоги длинной речи, - исправить всё, что получилось, у меня вряд ли когда-нибудь найдутся и силы, и возможность, - вновь слегка усмехнулась на свой лад, понимая "масштаб" всех возможных последствий. - Да я и  не считаю это нужным, необходимым или правильным. У тебя должны быть принципы. Должно быть понимание того, что то, что делаешь здесь и сейчас - вот оно было самым правильным... не потому, что так сказал закон, или отец. Потому что так правильно для тебя. Целовать девушку, которая тебе нравится - это правильно. Разумеется, если желание обоюдно, - не смогла удержаться от легкой иронии, чтобы разрядить немного обстановку. А то всё убийство да убийство... - Равно как и защищать то, что тебе дорого. Любыми средствами. Ты человек, у тебя есть на это право. Правда, иной раз надо думать о последствиях тоже... Так для меня совершенно правильным будет защищенный секс и "нет наркотикам", - смешок, - просто потому, что бережете так себя и своего партнера. А в остальном... прав "здесь", - приложила руку, сжатую в кулак, к области солнечного сплетения, - прав и во всем другом. Во всяком случае, мне так кажется.

+2

5

-Ты слышала последнюю новость? Дженни еще толком и не успела выйти из раздевалки, притормозив в дверном проеме из-за развязанного на кросоверсах шнурка, как на нее буквально налетела Тесс, подруга и по совместительству член сборной школы черлидиров, успевшая по-видимому узнать что-то такое сногсшибательное, чем пренепременно должна была поделиться с подругой, застав ее врасплох.
-Ты о чем? Если  о том, что Билл встречается с Клэр, так это новость трехчасовой давности. Или уже не встречается?
Может Дженни и не питала иллюзий относительно того, что ее бывший парень больше не будет за ней ходить попятам, но все же, толика злорадства все еще жаждала этого. В конце концов приятно знать, что у кого-то сносит крышу при виде тебя. Пусть и у бывшего, с которым девушку больше ни чего не связывало.
- Не.. Там вроде все глухо. Кажется, у них и правда все серьезно. Тесс, взяла рюкзак из рук подруги, и пока та перевязывала шнурок, подперев косяк, вздохнула.
-Я про то, что нам поставили еще один час в расписание. Типа обязательного факультатива, отделаться от которого не удастся. Подняв голову, встав, забрав у подруги рюкзак, накинув обе лямки на одно плечо и не забыв поправить рубашку, Дженни пожала только лишь плечами, мол ну и ладно. Решив про себя, что давно надо было бы привыкнуть к тому, что в выпускном классе практически каждую неделю назначают какие-то дополнительны занятия, словно перед экзаменами у учеников мало нагрузки, так им еще надо ее подбавить. Вопрос лишь только что на этот раз пришло в голову директора, не брезгавшего вводить в стандарты обучения новые дисциплины.
- Ну, и что за факультатив? Надеюсь, что это ни еще один час по биологии. Помниться нам обещали за прошлый срыв урока добавить час в рамках наказания.
И, закатив глаза, правда не от сказанных ею слов, а от того, что она видела перед собой на горизонте, Дженни еще и фыркнула, двинув бровями, повернув голову и посмотрев на Тесс, у которой на ее веснушчатом личике было точно такое же выражение лица, как и у блондинки.
-Делаем вид, что ни чего не видим.
Прошествовав мимо бывшего Дженни и его новой пассии, подруги быстро нашли новый объект для удивления в лице одноклассника болтавшего с незнакомой девицей. При чем этим одноклассником оказался Рен Савазаки, парень на которого сроду и не подумаешь, что он может вот так запросто общаться с девочкой. Лично между ним и Дженни общения не получалось. И, блондинка не могла  понять с чего именно, как и почему, всякий раз когда она к нему обращалась, парень сторонясь ее, предпочитал скрыться. А, тут такая новость, а тут все совсем по другому. Он спокоен, он улыбается, ведя разговор.
-И, не говорите, что все дело только во мне...
-Как думаешь, еще одна новенькая или чья-то подружка?
Пожав плечами, поправив лямки рюкзака, Дженни отвернулась, решив, что ее такое неожиданное открытие, не выбьет из колеи.
-Не знаю. Мне лично все равно. Скоро чемпионат, и ты знаешь, я ни о чем другом думать не могу. Даже об экзаменах. Может это подружка Савазаки. А, что он парень видный, не дурак. Чуть скромный, но это как говориться дело поправимое. Так, что..Пошли. Не будем смущать его...
Если Тесс и не была согласна с подругой, буквально выкрутив шею, то и дело оборачиваясь, сгорая при этом от любопытства, то вот самой Дженни, хотелось поскорее скрыться из вида. Живя по принципу меньше знаешь крепче спишь, она и на бывшего не таила обиды, играя лишь на публику, строя из себя брошенку, которая жаждет мести.
Когда ты живешь в системе, а система сплошь и рядом работает на публичное выражение эмоций, то начинаешь, хочешь ты того или нет, играть по ее правилам, дабы не стать изгоем, и не выпасть за обоймы коллектива, в котором тебе осталось существовать не так то и много времени. А, там выпускные экзамены. Вступительные в университет..Выпускной бал, на который не ясно пойдет ли блондинка вообще. И, все... Прощай старая жизнь, до здравствует новая, в которой ( а вот тут Дженни наверное могла и помечтать, теша себя мыслью) все будет по другому...

Пройдя пару поворотов по коридору, девушки вошли в аудиторию, заняв каждая свое место. До звонка еще оставалось время, и раз впереди был не понятно какой предмет, к которому можно было и не готовиться, раз о нем не предупредили заранее, то Дженни достала из рюкзака наушники с айфоном, блокнот и конечно же простой карандаш, решив, что если предмет проходной и ни как не повлияет на последующие баллы, то она займется любимым делом рисованием, тем боле что в рисунке который она начала на последнем занятии литературы, надо было внести кой какие коррективы и почему бы этим не заняться прямо сейчас не теряя времени.

И, вот он звонок, который застиг многих учащихся не на своих местах, и в кабинете появилась мисс Грейс, дама хоть и праведных взглядов на жизнь, как и на обучение, но в целом нормальная тетка, которая в случае чего может и прикрыть и помочь исправить баллы, если конечно кому то ну по зарез как надо.
- Сегодня вы собрались здесь не просто так! Расселись по своим местам! Все расселись?
Дженни, сложила для приличия руки на стол, впервые порадовавшись тому, что перед ней посадили качка Марка, детину под два метра ростом, широкого в плечах. При всех его габаритах, мелкую и практически миниатюрную блондинку было не видно, и  именно в этом сейчас она видела плюс, а не минус, как во всех остальных случаях, ведя борьбу за лидерство, настаивая на пересадке.
- Сегодня у вас очень интересное занятие, на тему вашего будущего и выбора вами соответствующего пути. Изначально планировалось, что его проведет представитель полиции Лос-Анджелеса. Однако сегодня нам с вами прислали замечательного человека, успешно окончившего прохождение новой полицейской программы исправления и воспитания. Она почти одного возраста с вами. Мисс Ирэн Фолл, прошу вас.
-Что? В душе блондинки вспыхнули искры протеста, а на личике появилось выражение удивления. Если бы она знала наперед, что ее попросили задержаться только для того, чтобы она выслушала лекцию от кого-то кто в отличии от нее успел нарушив закон попасть под машину правосудия, она бы обязательно нашла бы причину отвертеться. Ну, а раз этого не произошло, а она не удосужилась задаться целью все выяснить, то теперь ей и придется потратить целый час на то, что ее не интересовало, а при виде вошедшей мисс Фолл, и вовсе потеряло интерес.
И, похоже не только ее одну.
Так как тут же сработал айфон, на экране которого высветилось сообщение от Тесс, по нелестным эпитетам и крикам души которой стало ясно, что ею эта затея тоже не было одобрена.
И, все..Тут, как говориться на вкус и цвет..
Мужская часть аудитории явно оживилась, раскатав губы и сально рассматривая незнакомку с подмоченной репутацией..
-Стадо баранов...
А, еще Тесс написала, что перед ними та самая девица с которой они и видели своего одноклассника, и который сейчас вызвался первым начать разговор с той, с которой он общался в коридоре, делая  вид, словно видит ее впервые..
-Да уж..
Ну, а раз Дженни не видно, и тема ей не интересна, то вставив в уши наушники и выбрав в плей-листе любимый хит, она открыв блокнот, взяв карандаш, занялась любимым делом, с головой уйдя в рисование, мысленно подпевая исполнителю..
[NIC]Дженни[/NIC][STA]Блондинка в законе[/STA][AVA]http://sd.uploads.ru/t/r5E8K.jpg[/AVA]

Отредактировано Kate Saunder (2016-04-17 13:47:07)

+3

6

Каждый террористический акт продумывается тщательно. Это не самодеятельность, не игра в войнушку, как в детстве. Каждый шаг просчитан, каждый игрок команды – профессионал в своем деле. Все настроены серьезно, ведь каждая шутка может привести к провалу. Непозволительная роскошь для Исламского Государства.
Они провели в просторной комнате на чердаке больше двух месяцев. Дом напротив школы, самый обычный, ничего особенного. Четверо приятных молодых людей. Девушка и три парня. Улыбчивые, общительные, они быстро стали любимыми соседями для живущих на нижних этажах пенсионеров. Приятные внешне и всегда готовые помочь донести сумки до двери в квартиру, если лифт сломан. Студенты политеха, по крайней мере так было сказано.
Два месяца кропотливой работы, два месяца слежки за школой напротив, два месяца для подготовки плана захвата. Бомбы, дымовые шашки, пистолеты и автоматы, скрытые брониками. У них не было цели что-то взорвать, нет, слишком просто. Группа из четырех человек должна была внушить правительству такой ужас, чтобы господин Президент выпустил на свободу нескольких нужных людей. Вы спросите, как? Стратегам ИГИЛ даже не пришлось продумывать план, настолько правильно прошла вербовка. Рейнджеры, «Дэльта», морская пехота, снайперы. Четыре единицы, вычлененные из оперативных группировок армии США. Правильная вербовка и четверо лучших головорезов готовы уничтожать всех и каждого, без разбора, стоит дать команду.
Дрэйк Рэдграсс, морская пехота, командир отряда быстрого реагирования. Кличка среди морских котиков – «Медведь». В одной из операций получил семь пулевых ранений и был лишен огнестрельного оружия. Продолжая боевые действия охотничьим ножом выжил и получил медаль героя Соединенных Штатов Америки. Огромный бугай, который попался на крючок не той девушке, неторопливо и внимательно протирал один пистолет за другим, вкладывая их в карманы жилета. Человек, способный одним ударом проломить череп, улыбался. Ему порядком надоел этот чердак, его раздражали все эти старики и постоянный шум со стороны школы. Да, детей он недолюбливал больше всего, крики младшеклассников вызывали у него головную боль, а постоянно подмигивающие старшеклассницы, которых он видел через дорогу, выходя курить на крыльцо, дарили незабываемый стояк. Он был достаточно привлекателен, военные действия не затронили его лица, то ли дело Брайн, вот он урод, да. Дрейк подмигнул парню с темными волосами и отстреленным ухом, проверяющему провода взрывчатки. Так что в вопросах с девушками проблем не было, другая проблема – воздержание. Достаточно строгое правило, которого придерживались все боевики, чтобы не растерять своей злости.
Оружие было готово, план школы намечен, расписание уроков списано. Еще утром безухий парень установил взрывчатку на выходах или площадках рядом с ними. Был установлен таймер на отключение видеонаблюдения. После школы были подсчитаны выходящие ученики и учителя. Это было незаметно со стороны, но школьное здание теперь больше походило на лабиринт с ловушками. Оставалось только убрать охрану, блокировать двери и можно начинать.
- Господа, кто-нибудь хочет прогуляться? – Он улыбается, довольной улыбкой человека, который наконец-то может выйти из прикрытия. Это улыбка человека, который лучше всего умеет убивать. Этот человек с радостью уложит столько человек, сколько понадобиться. Он просто одет: белая майка, военные штаны и боевые ботинки. За спиной огромный рюкзак со снаряжением. Они пойдут втроем, оставляя снайпера ждать в засаде. Не то чтобы девушка была плоха в бою, нет. Им просто нужны глаза, а лучше снайпера, как известно, не видит никто.
Выйдя из подъезда, он направляет одного мужчину в одну сторону, а другого в другую. Они зайдут в школу с трех сторон, зачищая коридор за коридором, сосредотачиваясь на единственном кабинете, в котором остались ученики. Сам Дрейк подходит к главному входу. Он ждет, когда стрелки часов достигнут ровно четырех. Не только он, но и остальные. Когда это происходит, он открывает главную дверь и сталкивается нос к носу с охранником. Точнее не так. Невысокий мужчина лет сорока упирается ему примерно в грудь. Никаких неловких заминок или пауз, Дрейк берет его голову в свои руки так, что она становится похожа на мяч для американского футбола, и выкручивает ее вправо с легким щелчком. Охранник, не успевая сказать ни слова, обмякает в его руках, мертвый. Конечно же седеющий мужчина просто шел к камере на входе, дабы проверить что произошло и куда исчезла картинка. Очень предсказуемо. В состоянии неведения Рэдграсс застает второго охранника в комнате отдыха, где тот, еще совсем молодой парень, смотрит телек, заедая непоправимую тупость медиа чипсами.
- Кто вы та… - Участь товарища быстро достигает и его. Обмякшее тело парнишки лет двадцати-трех так и остается валяться на старом диване, пока Дрейк, достает боевую амуницию и надевает ее на себя. Итак огромный, в бронике с навешанным оружием, он становится крупнее раза в полтора. На сматрфон практически одна за другой приходят два сообщения с одинаковой фразой: «на месте», дающей понять, что охрана устранена быстро и без лишнего шума, что двери закрыты и теперь можно приступать к тому, ради чего все сегодня собрались.
Он заходит в одну комнату за другой, встречая лишь пустоту. Вплоть до третьего этажа подсчет вышедших из здания не дает сбоев, пока в одном из кабинетов он не сталкивается с ребенком лет восьми и мужчиной, похожим на преподавателя, которого гнобили всю школу.
- Вы нам мешаете. – Не отрывая глаз от учебника мямлит преподаватель. Ребенок молчит, переводя взгляд с огромной фигуры в дверях на оружие, которым эта фигура будет рада воспользоваться. Дрэйк не говорит ни слова, слова тут лишние. Вместо этого он достает из кобуры пистолет и одним точным выстрелом пробивает мужчине голову, после чего закрывает за собой дверь и смотрит прямо на малыша. В воздухе зависает секундная пауза, от которой ребенок в итоге вскакивает на ноги, начинает орать и всячески старается куда-то сбежать. Но бежать не куда, окна закрыты по технике безопасности, а чтобы выти через дверь придется подойти. Решившись на пан или пропал, мальчик разбегается в сторону двери, где Рэдграсс перехватывает его, оглушая рукояткой пистолета и забрасывает на плечо. Он чуть морщится, детские крики отвратительны, но тишина быстро ставит все на свои места и мужчина продолжает свой путь.
Кабинет за кабинетом, он наконец выходит на лестницу, по которой поспешно спускается, видимо на крик, женщина. В ее глазах страх и Дрэйк толком не может понять, это ли страх за ребенка или за свою жизнь. Ответ всплывает быстро, ровно в тот момент, когда она видит его. Быстро разворачиваясь, она пытается убежать в обратную сторону, но там ее уже поджидает одноухий Брайн в шутливо надетой кепке охранника школы. Сильная женщина пытается пробиться мимо них, безрезультатно, как вы можете догадаться. Брайн хватает ту за волосы и валит на пол, не ослабляя хватки. «Грейс Дороти» - дает подсказку выпавший из кармана бейджик.
- Везде пусто, заверенный класс в сборе.   – Отчитывается мужчина. Его фраза подтверждает, что первая половина плана выполнена идеально. Охрана уничтожена, школа пуста, все сделано без особого шума. По справке из дома напротив, район продолжает жить своей жизнью.
- Ну… Если все так, то пора пообщаться с детьми, как вы считаете, мисс? – Также как и его товарищ парой секунд назад, Рэдграсс берет учительницу за волосы, и по полу тащит к указанному кабинету. Как бы она не пыталась дергаться, выбраться из хватки не получается. Она начинает кричать. Ох уж эти писклявые женские крики. Практически у двери, Дрэйк не выдерживает и с силой дергает ее челюсть вниз, ломая и разрывая кончики губ. Да, так намного приятней. Крики превращаются в несвязное хлюпающее бормотание. Дав Брайну команду следить за коридором и дверью, сам Рэдграсс нажимает на дверную ручку и, втянув за собой потерявшее сознание тело, проходит внутрь.
- Добрый день, дети, меня зовут мистер Рэдграсс, сегодня урок буду вести я.   – После этого он бросает тело пока еще живой истекающей кровью женщины к двери. Сняв младшеклассника с плеча и уложив на одну из парт, боевик проходит к доске. – Всем лечь на пол и слушать дальнейших указаний, иначе мне придется общаться с вами в ином ключе. - Тишина, класс молчит, не сдвигаясь с места, дети то ли шокированы частой сменой преподавателей, то ли их отвлекает кровоточащее тело преподавателя у порога двери. Непослушание раздражает и Дрэйк, наведя пистолет на мисс Грейс, делает контрольный выстрел в голову. – Я сказал на пол.

+3

7

«Плохой-хороший, «правильно-неправильно», «сядь подумай»… Ками-сама, да он за это время столько раз уже об этом передумал, что мозг кипит. И награждает головной болью. И ладно бы только ею. Так нет же… Мог бы поспорить, что-то сказать, привести какие-то примеры, но… Что-то подсказывало Рену, что пока не время. Поэтому парень просто смолчал. Дал высказаться «лекторше». И – да, она смогла его удивить. Не ожидал он как-то услышать об убийстве. Да и весь класс не ожидал. Стоило ей это озвучить, по классу прокатился возбужденный шепот. Все начали что-то обсуждать, спорить, высказывать какие-то свои мысли и предположения. Разумеется – не так, чтобы вслух. Просто шепотом. Друг с другом. И с сидящими на соседних партах. Но гул по классу пошел соответствующий. Слушал ли кто-нибудь дальше? А черт их знает. Но вот Рен – слушал. Очень внимательно. И нихрена не находил в сказанном. Ничего, чтобы могло решить его, Рена, проблему. Ничего похожего. Даже чуть-чуть. А еще, сказанное девушкой натолкнуло парня на мысль, насколько же у него все хреново. Разумеется, Рен вовсе не считал, что у него все хуже, чем у мисс Фолл. Но он даже сравнить их не мог. Слишком разные ситуации. Она защищала тех, кто дорог, а он… Парень ухмыльнулся. Ну да, тоже защищал. Ту, кто ему дорог. Ценой того, кто ему дорог. И где именно в этом во всем «правильно»? Правильно то, что… Ну да, он целовал Мэг. По взаимному согласию. Правильно то, что он пытался защитить ее. А вот все остальное определенно попадало под «не правильно». И это еще мягко было сказано.
Понимая, что он в очередной раз запутался, и потер грудь рукой, на секунду прикрыв глаза. Дышать становилось труднее. Как и всегда, когда он пытался разобраться во всей этой ситуации.
- А если защищая то, что тебе дорого, приходится выбирать? Кого подставить. Из тех, кто тебе дорог? Потому что иначе не получается. И «здесь», - скопировал жест девушки, прижав кулак к солнечному сплетению, - понятия не имеет, как поступить «правильно»? – побороть приступ все же не получилось, под конец. Под конец короткой фразы дышать стало практически невозможно, да и голос окончательно осип, сменившись кашлем.  – Простите, -  немного виновато улыбнулся, все же вытаскивая ингалятор и делая пару вдохов. А ведь так хотел этого избежать.
Сказать что-то дальше не успел. В комнату неожиданно вошел мужчина, и Рен переключил внимание на него. В первый момент даже не понял ничего, удивленно уставившись на вошедшего. И на мелкого пацана, которого мужчина сгрузил на парту. И только потом заметил лежащую у двери миссис Грейс. И кровь разливающуюся под ее телом.
- Что происходит? – слова незнакомца о новом учителе пропустил мимо ушей. Слишком сильно удивился, переводя немного обалделый взгляд с их классного руководителя на мужчину. С пистолетом, который он только что заметил. – Вы кто?
Удивился, как оказалось, не он один. И растерялся то же. Весь класс, неожиданно замолчавший, тоже не спешил что-либо делать. Хотя короткое «на пол», сказанное незнакомцем ранее, настойчиво ввинчивалось в сознание. Катализатором послужил неожиданно раздавшийся выстрел, разорвавший воцарившуюся в классе тишину. Рен вздрогнул, невольно прижимая ладонь ко рту, когда взгляд зацепился за аккуратную красную дырочку, появившуюся во лбу миссис Грейс… А потом понеслось.
Непонятно, на что рассчитывал мужчина, но «на пол» получилось далеко не сразу. И вовсе не тихо. Паника поднялась тут же. А от вновь раздавшихся выстрелов захотелось заткнуть уши. Как он сам оказался на полу, Рен не помнил. То ли помогли, то ли мозг решил послушаться. Только кровь шумела в ушах и сердце, казалось, готово было пробить грудную клетку. Не нужно было быть идиотом, чтобы сложить два и два. Да и просмотренные когда-то фильмы помогли. Но вот к тому, чтобы оказаться персонажем одного из когда-то любимых боевиков, Рен оказался совершенно не готов.

+3

8

офф: Сорри, сюда сложно пишется)

«Не грузись, парень… Не бери на себя больше, чем можешь унести», - мысленно вздохнула Рена, понимая, что вот это вот и есть главная проблема «тезки». Наверное. Взять больше, чем можешь… «Эй...» - насторожилась на кашель, словно зверек, по принципу «ушки на макушке». В коридоре, кажется, тоже был какой-то шум, однако его отменно заглушил хороший такой астматический кашель. «Что это с тобой?»
Подойти и помочь? Рена не двинулась с места. Не потому, что была такой уж черствой, просто… Еще слишком живо и знала, и помнила — каково это, ощущать себя тряпкой и скрежетать зубами от бессилия. От того, что не можешь чего-либо сделать самостоятельно, потому что каждый раз находится такая «добрая душа», которая лучше всех знает — что именно тебе надо. «Еще и хроник...» - вот же, блин, не повезло парню! В его-то сознательном возрасте… Особенно в его возрасте, когда человек чем-то болен, то его еще более угнетает полная и абсолютная невозможность делать что-то «как все». 
- Все нормально, - Рена улыбнулась чуть ободряюще, наверное, этим похожая сейчас на Адама так, как никогда до этого, уже не думая об этом. О лекции. О парне. О хронической хрени, заставлявшей его носить с собой ингалятор. О проблемах своих и его… Потому что снова заставил напрячься тот самый шум… Источник которого Рена еще не определила, однако он приближался. И в тот самый момент, когда девчонка уже спрыгнула со стола, чтобы дойти и посмотреть, наконец, обнаружил себя. Вскрылся, точно нарыв.
«Чтооо?!» - в первый момент Рена, как и весь класс, несколько оторопела, однако… Ее жизненный опыт резко отличался от жизненного опыта этих детей. Конечно, отличался не в лучшую сторону… но именно это позволило ей первой прийти в себя. 
- Делайте, как он сказал, - хрипло и напряженно вклинилась в паузу между приказом и выстрелом, одновременно пробегая взглядом по растерянным лицам. Черт. Она старшая здесь. Она старшая для этих 17-летних мальцов и таких же девчонок! Значит, в какой-то степени должна была их защитить. Правда, сделать это можно только при условии наличия в их головах зачатков мозга и хотя бы какого-то инстинкта самосохранения. Равно как и «этих...». Захватчиков моментально окрестили «террористами», и - твою мать! - это означало хотя бы минимальную необходимость, чтоб не злить их! Еще бы спрятать чертов мобильник так, чтобы не заметили. Куда?
Недолго думая, дальней от захватчика рукой пихнула плоский телефон под рубашку и за пояс, оставаясь на месте. Там, где команда террориста застала её лично. Ровно до того момента, пока класс не охватила паника. Тут даже не поняла, что первым «взметнулось». Страх или…
«Стоять! Рано!!!» - командой рубанул внутренний голос. Почему-то с интонациями и в манере Адама. - «Сама нарвешься и их подставишь!» Строго-настрого прибавила себе: «Не спеши!»
Не спеши. Вряд ли он один.
Не спеши. Не зли ублюдков.
Не спеши. Не делай резких движений.
Не спеши. Не провоцируй на стрельбу.
Не спеши, блядь! Успокойся и включи мозги! 
Какими смешными и легкими — в теории — были правила поведения в экстремальных ситуациях, которые вдалбливали всем в детском доме. Сюда бы этих воспитателей, посмотрим, как они бы себя повели… Впрочем, преступление — тоже своего рода экстремальная ситуация, особенно когда чем-нибудь тяжелым и по голове. Угон машин тем более. А рейсинг на больших скоростях? А там на фоне адреналина у Рены после первой реакции всегда включался мозг просчитывая ситуацию и находя идеальный выход — с минимальными потерями. 
Девушка заставила себя вдохнуть и медленно выдохнуть. Вроде, прояснилось, но...
- Стояяяять! Смирррно! - рявкнула резкой командой, что было сил, пытаясь пресечь чертову панику и прекратить стрельбу. - Всем на пол! - Краем глаза наблюдая за бугаем. - И выполнять дальнейшие команды!!!
После чего медленно подняла руки, словно предъявила их, осторожно прошла вперед, чуть по дуге, и развернулась лицом к преступнику, словно специально становясь на линии огня. 
- Я успокою, - произнесла уже совершенно другим тоном, ровно и почти спокойно, упершись взглядом в здоровенное плечо под камуфляжной формой и слегка скользя боковым зрением по сторонам. Именно теперь. Именно сейчас. Рена заметила наконец давешнюю «старушку», мисс Дороти Грейс… Точнее, то, что от нее осталось. С красноречивой дыркой в голове. Крепко сожмурилась и открыла веки снова, отчасти отказываясь верить в происходящее… По крайней мере, той частью мозга, которая отвечала за визуальное восприятие, поскольку голос в том же духе продолжал: - Класс. На пол, - повторила еще раз для тех, до кого не дошло с первых двух попыток. - Глубокий вдох. Закройте головы руками. Я сейчас пройду и проверю. Да? - уточнила у главного действующего лица на этой сцене, ибо без его разрешающего слова нельзя выполнить ни одного маневра в этой комнате.
«Интересно, как он узнал? Какая стуканула сука?» - лихорадочно соображала про себя. Логика. Логика подсказывала, что «крыса» или в администрации школы, или в полицейском участке. А если так… не был ли целью, скажем, сам Адам или, быть может, просто полицейский? И в курсе ли нынешний захватчик, что она, Рена, не имеет никакого отношения к полиции…? И вашу мать, надо известить Адама. Надо как-то послать ему смс о том, что произошел захват, он придумает, что делать. Как же хорошо, что перед занятием Рена благоразумно отрубила на телефоне звук. Правда, это вряд ли поможет ей пока… Особенно, если не удастся мобилу прикарманить после того, как их по классу соберут. В том, что так и будет, Рена тоже, честно говоря, не сомневалась. Так должно было быть хотя бы по закону жанра. «И по закону жанра, ребятки, мы должны выбраться отсюда», - усмехнулась про себя, чуть похолодев от мелькнувшей следом мысли. - «Даже, если не все».

+3

9

Последние штрихи и все, ее работа будет завершена. Последняя точка и новое творение Дженни увидит свет. Но...Черт. В момент триумфа все пошло не так как хотелось бы девушке. Парта неожиданно дернулась и карандаш прошелся по всей картинке оставив после себя не только жирный след, но еще и вспоров под конец бумагу.
- Какая сука...
Сука то понятно какая. Ибо Дженни знала того, кто сидел за партой стоящей перед ее.
- Марк. Чтоб его за ногу. Дебил. Урод. Рукожоп.
Никогда не ругающаяся вслух блондинка подняла взор, пылая внутреннем гневом, заметила тут же как Марк встал. Зачем? Почему? Пока не ясно. А, может его спросили и он встал чтобы ответить?
Дженни не видела его лица, но видела сжатые в кулаки запястья рук, что он опустил по швам. Не похожий  для самодовольного спортсмена жест, которого будто пробило током, от чего тот закачался на месте, разумеется заваливаясь на ее стол. И, Дженни ни чего не понимая планирует устроить парню на перемени взбучку, обозвав разумеется кретином, так и не научившемся за годы обучения сначала в младшей школе, а затем и в средней, вставать, когда его просят.
Но...
Тут в пору открыть рот от изумления.
Встал не только Марк, но и парень за соседней партой. А, еще и девочка. А, еще и Тесс, лицо которой бледнее чистого листа бумаги, что лежит в папки блондинки.
- Интересно, что вообще происходит.
Выстрел.
Паника.
Девочка вытащила из ушей наушники, и широко распахнув глаза, заметила как по одному падают на пол ее одногруппники.
Кто-то безмолвно, кто-то рыдая, кто-то сотрясаясь в предпаралитическом шоке, но все в едином порыве лежат на полу около своих парт, в то время как ни чего не понимающая Дженни, сползает под стол, поджав колени, обхватывая ноги руками.
- Твою мать. Что вообще происходит? Началась война? Или школу захватили? А, что если не только школу.
У девы аж голова пошла кругом, когда кусая губы, она растирала ледяными пальцами виски, чтоб заглушить ту несносную боль, что разрывала ее голову.
- Не понимаю что творится. Кого убили?
Она слышала выстрел. Слышала как кто-то взвизгнул. Видела как кто-то упал без сознания лишившись чувств. Видела все, но не видела того, кто стал виновником тех событий, что повергли ее не только в шок, но и выбили почву из под ног.
- Тесс. Как там Тесс?
Чуть выглянув, девушка увидела фигуру подруги, прикрывающую руками голову, распластавшуюся на полу. По тому, как вздымалась ее грудная клетка было видно, что она жива, а это при любом раскладе не могло ни радовать.
- Если нас захватили, то значит скоро должны освободить. Вопрос когда?
И, тут на память приходят кадры из новостей, когда вот точно так же какой-то отморозок держал в страхе всю школу. Правда тогда он помниться кого-то зарезал, вскрыв после чего себе вены.
В надежде на то, что в ее лично случае обойдется без жертв, девушка чуть не простонала, прикрыв рот ладонью, прикусив губу. Ибо жертв уже не избежать. Они уже есть. Иначе с чего тогда был тот выстрел.
Вопрос только сколько? И, сколько еще будет?
-Глубокий вдох. Закройте головы руками. Я сейчас пройду и проверю. Да?
Голос. Дженни он показался знакомым. Она даже выглядывать не стала, представив лицо человека коему он принадлежал.
- Выходит, что пока мы тут пол вытираем и трясемся от страха, кто-то продолжает не теряя рассудка держать ситуацию под контролем. И, это та, что читала нам лекцию? Офигеть.
Хорошо это иль нет, Дженни не знала, ибо все ее познания сводились к урокам по самообороне, когда тренер внушал подопечным что страх самый не надежный товарищ, и что ему не стоит подчинятся, слушая лишь здравый смысл, и веря в лучшее, а еще выбирая не формального лидера, который при случае может повести всех за собой.
- Интересно, она лидер или притворяется? А, что если она с ними заодно и это она привела тех кто там угрожает? Как бы то ни было, но больше никто не разговаривает с теми кто стрелял. Интересно а сколько их вообще?
Дженни посмотреть бы в глаза своему страху, выглянув из своего укрытия, но она и двинуться не может, продолжая сидеть тише воды и ниже травы, видя только ту часть класса, что по левую и по правую руку от нее, ибо впереди, как и за ее спиной, глухие стенки столов.
[NIC]Дженни[/NIC][STA]Блондинка в законе[/STA][AVA]http://sd.uploads.ru/t/r5E8K.jpg[/AVA]

Отредактировано Kate Saunder (2016-10-01 10:07:18)

+3

10

Первые две минуты – самые важные в дальнейшем течении действий. Если начнется паника – умрут люди, много людей. Все, если быть точнее. В случае излишней смелости… Умрут люди, возможно не все, но самые дерзкие точно.
Мальчишка корейского вида пытается что-то высказать, но смерь, возможно, любимого преподавателя, быстро ставит его на место, точнее – укладывает на пол, где хорошим деткам и место, пока взрослые дядечки делают свои взрослые дела. Кто-то вскрикивает, кто-то чуть ли не падает, другие в ступоре стоят, после чего их одноклассники утягивают самых нерешительных за собой на пол. Хорошо. Он продолжает держать пистолет на готове. Если кто-то дернется как-то иначе, чем он велел и ему это не понравится, то в классе станет на одного ученика меньше. Все хорошо и спокойно, пока какая-то пигалица не начинает раздавать команды в неприятной ему манере. Она стояла прямо перед ним, класс за спиной. Такая своеобразная мать-наседка. Весь ее вид раздражал. Во времена службы на флоте им было позволено сразу же застрелить элементы, которые казались подозрительными. Здесь была другая ситуация и другое задание, поэтому девочке, считайте, повезло.
- Я вот не понимаю… - Он говорит спокойным размеренным голосом, чуть наклоняя голову. – Ты что, бессмертная? – Дрэйк неподвижен, держит паузу, не отрывая глаз от девушки, осмелившейся остаться в перпендикулярном полу положении, после чего вкладывает оружие в кобуру и берет девушку за грудки, чуть поднимая над полом. Освободившейся рукой, прощупывает одежду, наконец находит за поясом телефон и небрежно бросает девайс к доске. – Если что-то пойдет не так как я хочу, то вместо белого флага за окном, я повешу на крюках тебя. – Такой же спокойный, такой же улыбающийся, будто ничего особенного и нет, что, в принципе, правда, учитывая, как часто ему приходилось использовать всю свою жестокость в бою. Девушку он откидывает к трупу бывшей преподавательницы. – Дернешься куда-нибудь, я пройду и проверю. – Мужчина передразнивает недавно сказанную девушкой фразу. Теперь все хорошо, детки на полу, тишина установлена. Рэдграсс доволен почти настолько же, как если бы он разбомбил чужой корабль.
- Теперь, когда мы с вами, установили контакт, я прошу каждого бросить свой телефон к доске. Пример я вам показал ранее. – Мужчина вновь берет в руку пистолет. – Так как я надеюсь на цивилизованное окончание сегодняшнего дня, я буду рассчитывать на вашу сознательность и полное подчинение. – Ах эта культура речи. В подобной ситуации эта дежурная манера вести разговор казалась еще страшнее. – Как вы могли заметить, я пришел к вам в класс с двумя пассажирами. Женщиной и мальчиком. Так как вы отказались выполнить просьбу лечь на пол сразу – женщина теперь мертва. Если же я замечу, что кто-то не отдал свой телефон, то мне придется убить мальчика. Когда же мои пассажиры закончатся, я начну выбирать жертв из класса и если вы хотите этого избежать, то я прошу вас выполнять мои требования четко и без промедлений. Все телефоны должны быть под доской, даю вам на это семь секунд.
Неторопливо, наблюдая за тем, как школьники начинают выполнять команду, Дрэйк прошел в конец класса. Острый взгляд моряка замечал каждую мелочь. Кто как лежит, кто может дернуться. Не в попытке сделать что-то обдуманное, нет, скорее в момент сильного психологического напряжения. Не ускользнула от его взгляда и фигура, затаившаяся под партой, явно надеющаяся, что каким-то невероятным чудом его внимание обойдет ее стороной и она тихонько пересидит всю замануху. Но нет, в голове Рэдграсса возник вполне определенный план на ее счет. Он подошел к столу, под которым пряталась девушка и остановился, после чего постучал по столешнице.
- А вас, мисс, я бы хотел наблюдать рядом с собой. – Он проследовал к учительскому столу и присел на столешницу. – Захватите с собой стул и поставьте его к доске. Сегодня вы будете голосом этого класса. – Слишком уж вежливый с ученицей, Дрэйк берет маркер и мельком возвращает внимание слишком говорливой девушке. – И не смотри на меня так, я же, в конце концов, не чудовище какое-то. –  Он пишет на доске два набора цифр, соответствующих двум номерам заключенных, бережно охраняемых армией США, после чего отбрасывает маркер к телу. Вышедшей из-под парты девочке, он протягивает лист бумаги с текстом следующего содержания: Территория школы оцеплена. Сотрудники охраны и преподаватели убиты. При условии предоставления свободы членам "ИГИЛ" под номерами 658329 и 658330 до 18:00 текущего дня, школьники могут быть отпущены. В ином случае каждый час они будут убивать по одному ребенку посредством повешения. В 18:00 ровно, если требования не будут выполнены, дети будут расстреляны. – Жестом руки Дрэйк приглашает девушку присесть на стул спиной к доске.
- Вам будет необходимо ознакомиться с текстом и прочитать его на камеру. Ничего сложного. – Мужчина улыбается, держа в руках пистолет. Когда-то этим низким заботливым голосом он читал сказки на ночь своему маленькому сыну. Теперь этот голос может внушать только ужас.

+3

11

Как только Рен услышал голос их невольного сенсея, тут же поднял голову, отыскивая девушку взглядом.
«Черт, что она делает??»
Хотя понимал, ЧТО именно она делает. И понимал почему. И даже понимал, что она не может иначе. И это вызвало уважение. Такими же были его учителя там, в таком далеком сейчас Токио. На все готовые ради своих учеников. Учителя старой закалки. В штатах с такими Рен еще не сталкивался. Разумеется, и подобных ситуаций тоже не было. Но их не было и в средней школе, которую парень посещал еще будучи в Японии. Но защита и искреннее желание помочь чувствовались постоянно. А здесь этого не было. Или просто Рену не повезло с учителями? Поэтому сейчас, видя подобную самоотверженность, парень одновременно поражался и ужасался. Осознав тот факт, насколько опасны такие действия. Если не глупы. Впрочем, со стороны судить было легко. И тогда он даже представить не мог, что буквально через несколько минут и сам будет поступать не самым умным образом.
- Эй! – не сдержался, подскочил даже приподнимаясь, но тут же рухнул обратно на пол. Спасибо Хелен. Хоть они раньше и не дружили особенно, сейчас девчонка с силой дернула его за рукав, заставляя  буквально упасть обратно. – Она же просто хотела помочь! – язык, правда, это ему не придержало. Слишком возмутило и напугало, когда мужчина довольно грубо толкнул Рену на пол. – Нам… - прикрыл глаза, нервно облизнув губы. – Нам страшно. И от того, что вы делаете, менее страшно не становится. – закашлялся, пытаясь совладать со вновь взбесившимся дыханием. – Она может помочь. Если мы будем спокойнее, вам будет легче… - последние слова буквально прохрипел и вынужденно потянулся к ингалятору, сделав пару вздохов. – Пожалуйста.
- Рен, заткнись. – на шипение и довольно увесистый тычок под ребра со стороны Хелен не обратил никакого внимания, - Пожалуйста. – зато на повторенную им просьбу и тихий всхлип отреагировал, замолкая.
- Извини… - улыбнулся виновато, посмотрев на девочку, и тут же тихо чертыхнулся, когда заметил влажные дорожки на ее щеках. – Эй… - лежа вот так на полу обниматься было не очень-то удобно. Но все же смог приобнять Хелен за плечи, немного прижав ее к себе.
Больше выступать не рискнул, сцепил зубы и лишь буравил мужчину взглядом. Пару секунд. После чего перевел его на Рену, поймав ее взгляд и чуть улыбнувшись.
- Вы в порядке? – спросил одними губами, изобразил на лице виноватую гримаску, когда понял, что она явно недовольно недавним его выступлением, и прикрыл глаза, выражая согласие, в ответ на встречный вопрос.
А потом угроза мужчины окатила волной уже настоящего ужаса. Пришедшей следом за осознанием того, что он действительно выполнит свои угрозы. Телефоны тут же полетели по полу. Часть, как и было сказано, оказалось под доской, часть застряла в проходах, слишком большое было расстояние от доски до задних парт. И это вновь заставило чертыхнуться. Оставалось только надеяться, что невозможность докинуть мобильный до доски не будет воспринята, как попытка к сопротивлению или неподчинение. Хелен, успевшая вырваться из его объятий и так же откинувшая в сторону свой телефон, теперь тихо плакала, свернувшись к клубочек. Рен попытался обнять ее снова, но та только оттолкнула его руки, прошипев что-то злое и недовольное сквозь зубы.
- Хорошо, ладно, не трогаю. – едва слышно выдохнув в ответ, оглядел класс, натыкаясь взглядом на мужские ботинки. Только сейчас понимая, что мужчина прошел по классу к последним партам. – Черт, Дженни… - закусил губу, напрягаясь всем телом, и… не сдержал удивленного вздоха, когда мужчина достаточно вежливо пригласил девушку следовать за собой. Хорошо. И одновременно очень и очень плохо.
Видел, что Дженни была напугана. Не меньше их всех. Она справится, безусловно, справится с тем, что просит ее сделать этот человек. Но Рен не был уверен, что его одноклассница хочет находиться с ним рядом.
«Меня убьют… Не этот, так одноклассники. Или Рена. Когда это все закончится…»
Мысль промелькнула и исчезла, и Рен задержал дыхание, словно собрался нырять в ледяную воду.
- Мистер… черт бы тебя побрал, как же тебя там… - запнулся всего на секунду, вспоминая имя. И вознося хвалу высшим силам за умение хранить в памяти то, на что в начале не обратил внимание. - …Рэдграсс… - подал голос, все так же лежа на полу, лишь приподнял голову, чтобы найти взглядом мужчину. – Разрешите обратиться. – постарался, чтобы сказано было без сарказма, хоть усмешка невольно и промелькнула где-то в уголках губ. – Пожалуйста, можно я прочитаю? Вы пугаете… мою подругу. – вранье, конечно, их с Дженни сложно было назвать даже знакомыми. Но девочка ему нравилась. До Мэг. И сейчас хотелось ее защитить. – Пожалуйста, разрешите ей вернуться на свое место? Я справлюсь с этим ничуть не хуже. И… не говори этого, Рен… заткнись и не говори если я буду читать, это будет… действеннее.
«Ага, теперь скажи ему, что твой отец – агент Интерпола, и п***ец вам всем…»

+3

12

Рене много чего хотелось сказать. Особенно глядя в глаза напротив. Он сильный. Они слабые. Она старшая. Старшая для них. Для каждого из находящихся в этом классе подростков. И потому должна их защищать. Любыми способами. Любыми средствами. Всем, чем располагает ее никудышный арсенал против «гориллы с автоматом», поскольку, уж простите, на шимпанзе с гранатой человек-гора мистер-мать-его-Рэдграсс  не тянул. И в данном случае «должна» - вовсе не потому, что носила форму или давала клятву супермена. Нет.
Это стремление, логика этих поступков записаны у нее на подкорке, зашиты в ДНК и переносятся красными кровяными тельцами от клетки к клетке вместе с кислородом в ее организме. Такой же была в детском доме… Огрызалась и защищала тех, кто слабее, собирая на себя все шишки и проклятия воспитателей. Только здесь огрызаться нельзя. Пока нельзя. Пока рано. И она молчала, покусывая губы, чтобы чего-нибудь такого не сказать. И продолжала смотреть.
Рена знала, что нельзя этого делать. Нельзя смотреть в глаза «зверю», обычно его это злит. Но одно дело знать, и совершенно другое – следовать своему совету, несмотря на внезапно прилившую к лицу кровь и легкую испарину на лбу, когда «подвисла». Не так, чтобы ей было страшно… Скорее, противно от здоровенной лапы, бесцеремонно обшаривающее ее тело в поисках, видимо, пистолета. И мобилы конечно же. Да.
«Заткнись. Ради всего святого, ЗАТКНИСЬ, БЛЯДЬ!!!» - мощный мысленный посыл в ответ на реплику этого… Савазаки. – «Тебе, засранец, что больше всех надо?» Ее одной вполне достаточно на этой сцене. И боже, хвала кашлю! Иначе этот «герой» обязательно сказанул бы еще что-нибудь.
По счастью, поиски мобильного на данный момент занимали Рэдграсса всё-таки больше, чем «голос оттуда». И угрозу повесить ее на крюках за окном девчонка восприняла вполне достойно.
- Договорились, - проронила сквозь зубы в лицо и получила в ответ бонусный полет в сторону трупа и наставление вдогонку. Нелогичное, кстати. Тут или «не дергаться», или, как все, ложиться на пол. Аккурат рядом с трупом и ждать, когда картинно и красочно придется «нырять» лицом в лужу крови. Желудок тут же скрутил характерный спазм.
«Яппона мать, ну только не сейчас!» - вознесла искреннюю мольбу богу своего организма, чтобы тот не опозорил ее перед классом. Сложно найти лучшего момента, чтобы встретиться взглядом с Реном.
Вопрос больше угадан, чем услышан. С ней все нормально, к слову. В отличие от него.
- Ты идиот? – спросила встречным взглядом. И надо же – он согласился. «Дааааа, парень… Где твои мозги…» Вопрос, как говорится, риторический, учитывая дальнейшее развитие событий… Прямо какое-то контрстремительное в этот раз.
Кого там вытаскивал из-под стола террорист? Что происходило вообще? Рена слышала, но не видела, сидя в своем углу рядом с дверью и трупом, давясь сладковатым, тошнотворным для нее запахом крови и спазмами собственного желудка, и присматривалась к парнишке на парте… жив или нет? И сколько ему лет должно быть? Семь? Восемь? Девять?
Называть его «пассажиром». Использовать в своих грязных махинациях ребенка такого возраста. Это не люди, это твари. «А твари не ходят в белом»…
Ослепительно белая футболка резко контрастировала с полосками камуфляжного цвета на плечах. И Рена впервые осознала, что это не камуфляж, блин! Это огромных размеров, под стать человеку, бронежилет с полной боевой амуницией, как у Терминатора. К слову, последнего тут не хватало. Весьма. Хотя Рена не поручилась бы, что Арни уложит этого носорога Рэдграсса. В отличие от носорога, правда, последний обладал большей ловкостью и наверняка имел глаза на затылке. На макушке, под массой волос.
Рене только и остается, что наблюдать. Наблюдать-наблюдать-наблюдать – и молчать, отвечая красноречивыми взглядами.
«Ты не чудовище?» - усмехнулась уголками губ. – «ТЫ не чудовище? Ты НЕ чудовище? Возьми-ка зеркало, проверь еще раз». Но! Голос класса – это хорошо. Это значит, что будут выдвинуты требования… В голове Рены одна мысль. «Твою же мааааать». Почему именно ИГИЛ? Да, она далека от политики, однако же только ленивый не слышит эти гребанные репортажи из Сирии и сопредельных стран, буквально нашпигованные сообщениями о жестокости и изощренных пытках группировки. Почему не мог быть кто-нибудь другой?
Вот теперь становится страшно. Неподдельно и глубоко. Хочется опустить руки, свернуться в комок и не привлекать к себе  внимания, чтобы остаться жить… почти одновременно с этим понимая, что это невозможно. Они не оставляют свидетелей. Они не испытывают жалости. Они не пощадят. Никого. А если нет разницы, и все равно умирать, чего бояться? Хотя б последние часы «героем» проживет, несмотря на то, что это слово всегда вызывало у Рены отторжение.
Она уже хотела подать голос и сказать, что девчонка боится, еле живая от страха, не лучше ли отстать? И, может, она, Рена за нее прочитает? Однако… как оказалось, не она одна такая в классе. Черт. Черт! Черт!!! Будь это все проклято! «Ты точно идиот, парень!» - то ли пауза, то ли мысленная запятая. – «И я идиотка!». Идиотка, к тому же пытающаяся перетянуть внимание террориста на себя. Нафиг-нафиг… «Оставь парня, что ли…Не обращай внимания на его слова. Видно же, он не в себе. Он сумасшедший!»
- К чему такие сложности? – даже для себя неожиданно, Рена подала голос от двери, словно продолжая прерванную беседу… в том же тоне, с каким выходила к нему. Спокойно. Ровно. Как-то даже показательно спокойно, что ли, и на этот раз с какой-то особенной легкостью… Она, как идиотка, всегда перла напролом, навстречу собственному страху, не зная других способов бороться с ним. – Я могу просто набрать нужный номер. Управление ЛА по расследованию убийств подойдет?
И сейчас либо ее пристрелят сразу... либо подержат до переговоров, если таковые будут... либо оставят в качестве щита, если надумают уйти отсюда. Либо... придумают еще какое-нибудь применение. Повесят на флагштоках вместо флага.

+3


Вы здесь » The L Word » ✗ истории » Пять минут до завтра


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC